Парламентский клуб Российский парламентарий

 

В 2026 году Парламентского клуб «Российский парламентарий» при Государственной Думе РФ запускает новый федеральный коммуникационный проект «Журналисты, учёные и предприниматели за здоровье нации».

Цель проекта – объединить представителей власти, науки, медицины, предпринимательства и журналистского сообщества для продвижения здоровья как ключевой национальной ценности и стратегического приоритета.

Сейчас формируется первая группа участников, в которую входят: руководители государственных и частных клиник, сетей медицинских центров, производители и поставщики медоборудования, члены фармацевтических компаний, разработчики инновационных медицинских технологий, профессиональные врачи и лидеры оздоровительных интегративных практик.

Условия участия:

Важная особенность: участие возможно после конкурсного отбора и только при наличии рекомендации. Стоимость участия определяется в индивидуальном порядке. На первом этапе участникам предоставляется:

· Публикация информационной справки об участнике и направлении его деятельности на официальном сайте Клуба «Российский парламентарий» (срок: 3 месяца);

· Закрепление за участником места для дальнейшего участия в федеральном проекте и его мероприятиях;

· Возможность привилегированного участия в мероприятиях Женского собрания Парламентского клуба.

Далее предусмотрены расширенные возможности:

· Участие в федеральных конференциях и VIP-встречах с представителями власти, предпринимательства и СМИ;

· Интервью и публикации на медиаплощадках клуба и др.;

· Научные публикации в журнале «Идеи и новации», индексируемом РИНЦ;

· Присвоение «Знака качества» Парламентского клуба и возможность участия в федеральных премиях и номинациях.

· И другое!

Для участия в проекте необходимо заполнить анкету по ссылке https://docs.google.com/forms/d/e/1FAIpQLScrjEO17wWIcnPE-UAE28U_DHGc5bdIBiVFoTSIFF99-N9MlA/viewform?usp=dialog

В случае успешного отбора с участником свяжется представитель проекта.

По всем вопросам просим обращаться по почте Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript

 

«Журналисты, учёные и предприниматели за здоровье нации»:

интервью с генеральным директором Парламентского клуба И.В.Кирпичёвым о проекте

– В чём суть нового проекта Парламентского клуба?

–  Нельзя сказать, что этот проект появился с нуля. Он вырос из уже запущенной экспертами ПК в 2017 году инициативы «Журналисты и учёные за здоровье нации». Тогда перед нами стоял целый ряд серьёзных вызовов: информационный «шум» в теме здоровья, дефицит достоверной экспертизы в медиа, подмена научного знания псевдонаучными советами, а также общее размывание понимания того, что такое общественное здоровье и почему оно имеет стратегическое значение.

Проект действительно дал результаты. Нам удалось привлечь экспертов среди представителей парламентского и научного сообщества, журналистов, специалистов смежных областей. Тема здоровья заняла более значительное место в информационном поле, стала обсуждаться не фрагментарно, а в связке с образом жизни, профилактикой, ответственностью человека и общества. По сути, была сформирована необходимая повестка и создано пространство для профессионального разговора. Но по мере работы стало ясно, что даже при наличии экспертизы и качественной коммуникации этого недостаточно. Информация сама по себе не всегда превращается в действие. Между знаниями, которые обсуждаются, и реальными решениями, с которыми человек сталкивается в повседневной жизни, сохраняется ощутимый разрыв.

Именно поэтому, опираясь на накопленный опыт, спустя 8 лет мы пришли к пониманию, что проекту необходимо развиваться дальше, переходить на новый уровень и подкреплять сформированные идеи практикой. Так появился нынешний формат с расширением круга участников, с подключением медицинского сообщества и предпринимателей, с фокусом не только на обсуждение, но и на внедрение решений, которые действительно влияют на качество жизни людей.

–  Этот новый этап отразился и в названии проекта: изменился состав участников. Что принципиально меняется с «приходом» предпринимателей?

– На самом деле, решение о расширении состава участников было принято быстро, но осознание необходимости этого шага пришло к нам с опытом.  В ходе работы над проектом «Журналисты и учёные за здоровье нации» мы столкнулись с тем, что знания не всегда находят своё применение. Научные разработки, исследования, рекомендации нередко остаются в экспертной среде и не превращаются в устойчивые практики. Именно это и стало основанием для расширения круга участников проекта. Поэтому следующим логичным шагом стало подключение медицинского сообщества – практикующих врачей, специалистов здравоохранения, а также представителей нетрадиционной медицины. Мы сознательно включаем их в диалог не как альтернативу классической медицине, а как часть более широкого профессионального обсуждения. Сегодня всё больше внимания уделяется профилактике, реабилитации, образу жизни, ментальному состоянию человека, и эти темы невозможно обсуждать вне комплексного подхода.  Предприниматели же в этом контексте отвечают за инфраструктуру, технологии, сервисы и масштабирование решений. Именно через них люди получают доступ к многим медицинским и профилактическим подходам.

Таким образом, изменение названия отражает не отказ от науки, а расширение формулы проекта. Мы переходим от двухстороннего диалога к многосторонней платформе, где журналистика, наука, медицина, включая альтернативные направления, и предпринимательство дополняют друг друга и работают на общий результат.

– То есть, новый формат проекта – это попытка связать научные знания с реальными решениями, которые доходят до простого человека?

– Да, именно так. И, честно говоря, в процессе работы над проектом я для себя обнаружил довольно показательную статистику. Оказывается, около 60%  граждан России обращаются с вопросами  о здоровье не к врачам и   профессиональным источникам, а в интернет и социальные сети. Однако, по статистике, примерно столько же считают, что им трудно отличить достоверную информацию от недостоверной. Иными словами, уровень доверия к сведениям из интернета невысок, но в то же время «сайты о здоровье» открыты и очень  востребованы. Это очень наглядно показывает тот самый разрыв, о котором мы говорим. С одной стороны, существует серьезная научная база, клинические рекомендации, накопленный медицинский опыт,  с другой  – человек, который в реальной жизни ориентируется на упрощенные советы, потому что они понятнее и доступнее.

Но есть ещё один интересный момент, который подтверждают исследования: значительная часть заболеваний и состояний связана не с отсутствием лечения, а с образом жизни и профилактикой. Но именно правила грамотной профилактики пока остаются наименее доступными для простого обывателя, который в поиске ответа на свой вопрос прежде всего заглянет в интернет. То же самое мы видим и в реабилитации, и в альтернативных практиках. Люди всё чаще комбинируют разные подходы, медицину, питание, физическую активность, работу с психоэмоциональным состоянием, но делают это интуитивно, без профессионального сопровождения.

Именно поэтому мы говорим, что задача нового проекта заключается не в простом обсуждении здоровья, а в помощи сократить этот разрыв, связать научные знания с медицинской практикой, а практику – с понятной и ответственной коммуникацией. Важно, чтобы человек получал не набор разрозненных советов, а целостное понимание того, какие рекомендации действительно полезны и почему.

– А можно ли сказать, что ваш проект – своего рода новшество?  Ведь в Государственной Думе и у разных фракций уже существуют инициативы в сфере здравоохранения.

– Действительно, в Государственной Думе тема здравоохранения давно и активно обсуждается, и у разных фракций есть собственные форматы и инициативы. Например, у партии «Единая Россия» реализуется федеральный партийный проект «Здоровое будущее», который направлен на развитие системы здравоохранения, повышение доступности медицинской помощи и кадровое обеспечение отрасли. В Штабах общественной поддержки проводятся «Дни здоровья» и диспансеризации. Это масштабная партийная инфраструктура с региональными отделениями и чётко выстроенной вертикалью работы.

У фракции ЛДПР, как и у других парламентских партий, также есть инициативы в сфере здравоохранения, прежде всего в части регулирования системы обязательного медицинского страхования, условий работы врачей, снижения административной нагрузки на медицинские учреждения. Это важная законотворческая работа, направленная на настройку механизмов системы.

Члены партии  КПРФ неоднократно выносили на обсуждение вопросы здоровьесбережения подрастающего поколения. По их инициативе также рассматривался законопроект об обеспечении пациентов необходимыми лекарственными препаратами без лишних бюрократических процедур.

Существуют и межфракционные форматы, в которых здоровье становится общей темой для депутатов разных политических сил. Уже более 30 лет работают комитеты Государственной Думы и Совета Федерации по охране здоровья, куда входят представители всех фракций.  Также в Государственной Думе действует межфракционная рабочая группа по вопросам защиты здоровья граждан от алкогольной, табачной и наркотической угроз, где акцент делается на регулирование, профилактику и законодательные меры.

К слову, всего год назад был принят межфракционный законопроект об усилении административной ответственности за продажу детям табака, вейпов, кальянов и другой никотинсодержащей продукции.

Парламентский клуб на протяжении многих лет поддерживает антитабачную кампанию. Ещё в 2009 году  «Российский парламентарий» выступил соорганизатором второго всероссийского форума «Здоровье или табак». В 2004 году Клубом при поддержке Комитета по охране здоровья Государственной Думы был  проведён круглый стол на тему «Правильное питание как фактор укрепления здоровья нации».

Важно отметить, что межфракционные форматы решают иные задачи. Они либо партийные по своей природе, либо сосредоточены на законодательном регулировании и управлении отраслью. Наш же проект работает в другой плоскости. Мы не являемся ни партийной инициативой, ни законотворческой площадкой в прямом смысле.

Важно и то, что в существующих форматах, как правило, практически не обсуждается тема нетрадиционной медицины. Она либо остается за рамками профессионального диалога, либо существует в разрозненном, зачастую сомнительном, маргинальном информационном поле. Между тем люди всё чаще сталкиваются с такими практиками в реальной жизни без понятных ориентиров, без экспертных разъяснений и без внятного общественного обсуждения. Мы же предлагаем не игнорировать эту сферу, а, напротив, вывести её в пространство профессионального и ответственного диалога с участием врачей, учёных и практиков. Не как альтернативу классической медицине, а как часть более широкого разговора о профилактике, реабилитации, а также образе и качестве жизни человека.

В этом как раз и заключается особенность нашего проекта. Он изначально задуман как общественно-экспертная платформа, где в одном пространстве взаимодействуют журналисты, учёные, медики и предприниматели. Мы не подменяем существующие инициативы, а хотим создать связующее звено между ними, такое пространство диалога, где профессиональные решения обсуждаются до того, как они превращаются в политические или управленческие предложения. Именно в этом и заключается новизна нашего формата.

На нынешнем этапе работы мы тесно не взаимодействуем с комитетами. Однако в рамках проекта, если руководства комитетов выразят свою заинтересованность, мы готовы возобновить сотрудничество и приглашать их  представителей на наши  мероприятия.

– А как связан запуск второго этапа проекта с деятельностью Парламентского клуба?

– Связь прямая. Одним из ключевых направлений нашей работы остаётся формирование и обсуждение законодательных инициатив, в том числе в сфере нетрадиционной медицины и вопросов общественного здоровья. Мы действуем как межфракционная площадка, объединяющая российских парламентариев всех созывов, а также представителей разных уровней власти, что позволяет вырабатывать согласованные предложения и продвигать их на экспертном уровне. Параллельно ведётся тесное взаимодействие с руководителями профильных общественных и деловых структур, в том числе тех, о которых я говорил ранее, что обеспечивает практическую обратную связь и расширяет возможности для реализации решений. По сути, второй этап проекта – это форма всё той же работы, которую Клуб уже давно ведёт на экспертном и общественном уровне.

– Какие цели вы ставите перед собой в этой связи?

– Мы для себя достаточно чётко сформулировали несколько ключевых целей, и все они связаны между собой.

Во-первых, это обсуждение и экспертиза инициатив в сфере здоровья, включая уже существующие и только формирующиеся предложения. Речь идёт не о продвижении отдельных решений, а о профессиональном обсуждении подходов: профилактики, реабилитации, организации медицинской помощи, внедрения новых технологий. Нам важно, чтобы такие инициативы рассматривались с участием врачей, учёных, предпринимателей и журналистов одновременно, а не в узких профессиональных кругах.

Во-вторых, мы ставим перед собой задачу вывести нетрадиционные практики в поле профессионального диалога. Сегодня многие из них существуют либо на периферии официальной медицины, либо в среде  сомнительных интернет-источников. Мы считаем важным обсуждать альтернативную медицину как дополнение классической с участием практикующих врачей, научной экспертизы и понятных критериев эффективности.

Третья цель – это создание устойчивого межпрофессионального сообщества. Мы видим, что сегодня специалисты разных сфер, даже работая над одной задачей, редко взаимодействуют системно. Проект задуман как пространство регулярного общения, где формируется общий язык и понимание ответственности каждого участника – от науки и медицины до предпринимательства и СМИ.

Наконец, ещё одна важная цель заключается в ответственной коммуникации с обществом. Мы хотим, чтобы сложные темы здоровья обсуждались без упрощений и сенсаций, но при этом понятным языком. Важно, чтобы у человека появлялись ориентиры, а не очередной набор противоречивых советов.

В совокупности все эти цели сводятся к одному: помочь перевести разговор о здоровье из разрозненного и фрагментарного в системный, профессиональный и при этом открытый для общества формат.

– А если совсем коротко: зачем этот проект нужен именно сейчас?

– Именно сейчас тема здоровья перестала быть частной и стала общественной. Мы видим рост тревожности и недоверия к информации, усталость людей от противоречивых советов и существующий вместе с тем запрос на понятные профессиональные ориентиры.

Кроме того, сегодня совпали сразу несколько факторов: развитие медицинских и научных технологий, усиление фокуса на профилактике и долголетии, интерес коммерсантов к так называемым «здоровым» направлениям и возрастающая роль медиа в формировании серьёзного отношения к здоровью. Но все эти процессы часто идут параллельно, не встречаясь друг с другом. И наш проект нужен именно сейчас, чтобы собрать все тенденции воедино. Для России, как и для любой другой страны, это особенно важно: здоровье людей сегодня напрямую связано с устойчивостью общества, доверием и возможностью долгосрочного развития. Именно поэтому мы рассматриваем проект не как разовую инициативу, а как площадку для системного диалога, который имеет значение внутри страны.

Как я уже не раз говорил, понятие «здоровье нации» сегодня расширяется: речь идёт не только о медицине, но и о качестве жизни, информационной среде, культуре отношения к себе и друг к другу. Инвестиции в здоровье – это инвестиции в будущее. Когда общество здорово физически и духовно, у него появляется уверенность в завтрашнем дне. Здоровье нации – процветание России!

 

 

Нина Останина: «Здоровье нации — это не только цифры, это смысл жизни общества»

 

— Когда Вы говорите о «здоровье нации», что для Вас первично: продолжительность жизни, рождаемость, психическое благополучие, устойчивость семьи или качество детства? Как бы Вы выстроили государственную иерархию этих приоритетов?

— Я бы не стала противопоставлять эти параметры, потому что они находятся в прямой взаимосвязи. Но если говорить о фундаменте, то это, безусловно, семья и детство. Именно в семье формируется психическое здоровье, ценностные ориентиры, отношение к жизни. Уже из этого вырастает и демография, и продолжительность жизни. Если ребенок растёт в устойчивой, заботливой среде — он с большей вероятностью сам создаст семью и будет ответственным родителем. Поэтому государственная политика должна начинаться не с цифр, а с условий, в которых растёт человек.

— Сегодня семейная политика часто обсуждается в контексте введения новых пособий и льгот. Какой фактор, по Вашему мнению, играет решающую роль в демографическом вопросе: материальная поддержка семьи или создание комфортных условий для рождения и воспитания детей?

— Материальная поддержка — это не единствнное обязательное условие. Если семья вынуждена выживать, говорить о демографии бессмысленно. Но деньги сами по себе не создают желание иметь детей. Важна уверенность в будущем: доступное жильё, стабильная работа, уважение к семье в обществе. Когда человек понимает, что его ребенок будет защищён — тогда и возникает внутреннее решение стать родителем. Поэтому задача государства — не просто выплачивать пособия, а выстраивать целостную систему поддержки жизни семьи.

— Вы поддерживаете идею укрепления традиционных семейных ценностей. Как, на Ваш взгляд, она должна отражаться в социальной политике государства?

— Самое важное — уйти от деклараций. Традиционные ценности — это не плакаты, это повседневная практика. В школе — это воспитательная работа, а не только обучение. В медиасреде — это образ семьи как ценности, а не как проблемы. В городской среде — это инфраструктура, удобная для родителей с детьми. В трудовом законодательстве — защита материнства и отцовства, гибкие формы занятости. Если эти элементы работают вместе, ценности перестают быть абстракцией.

— Вопросы здоровья нации – это в том числе, конечно, вопросы защиты детства. Как вы считаете, какие главные опасности для ребёнка существуют сегодня?

— Самое опасное — это дефицит внимания и любви. Бедность, безусловно, проблема, но ребёнок может вырасти и в скромных условиях, если он чувствует поддержку. А вот эмоциональная пустота, отсутствие контакта с родителями, агрессивная информационная среда — это то, что разрушает личность. Мы недооцениваем влияние цифровой среды: ребенок сегодня живёт в ней больше, чем в реальной жизни. И если государство не будет работать с этим пространством, мы потеряем целое поколение.

— Достаточно ли одной меры — продления пособия до трёх лет — чтобы поддержать материнство?

— Это важный шаг, но он не решает проблему системно. Если у семьи нет жилья, если нет ясельной инфраструктуры, если женщина боится потерять работу — никакое пособие не станет решающим фактором. Нужен комплекс: жильё, доступные детские сады, защита занятости, медицинская помощь. Только тогда поддержка станет реальной, а не формальной.

— Как вы понимаете роль отцовства в здоровье нации?

— Мы долгое время действительно концентрировались на материнстве, и это понятно — мать несёт особую нагрузку. Но без отца полноценная модель семьи невозможна. Отец — это не только источник дохода, это воспитатель, пример, опора. Нам нужно формировать образ ответственного отцовства и в праве, и в культуре. Это вопрос не только семьи, но и всей социальной устойчивости.

— Каким образом, на Ваш взгляд, родители после развода могут уберечь и защитить ребёнка?

— Нельзя подходить к этому формально. Ребёнок — не тот, кого можно «делить» между родителями. В каждом случае нужно исходить из его интересов: где ему психологически комфортнее, где он чувствует стабильность. Важно не «поделить время», а сохранить для ребёнка ощущение безопасности.

— Какие меры в сфере правового регулирования абортов Вы считаете наиболее эффективными?

— Запреты никогда не решают проблему, они только уводят её в тень. Наша задача — сделать так, чтобы женщина не оказывалась в ситуации, когда у неё нет выбора. Это поддержка, сопровождение, помощь семье, доступ к медицинским и социальным услугам. Нужно защищать жизнь, но делать это через поддержку, а не через давление.

— Можно ли говорить, что здоровье нации — это вопрос информационной гигиены?

— Безусловно. Сегодня информационная среда формирует представления о жизни не меньше, чем семья и школа. Мы должны защищать детей от разрушительных интернет-материалов, но при этом не превращать регулирование в тотальный запрет. Баланс здесь очень хрупкий: нужно не только ограничивать, но и создавать качественные материалы, которые формируют правильные ориентиры.

— Если бы Вам нужно было предложить три главных закона для укрепления здоровья нации, что бы это было?

— Первое — комплексная поддержка семьи: жильё, занятость, инфраструктура. Второе — системная защита детства, включая работу с цифровой средой. И третье — развитие политики, направленной на укрепление ценностей семьи в образовании и культуре. Потому что без ценностей никакие меры не будут работать в долгую.

Пушкин, музей и духовное здоровье нации: интервью с Г.Н. Новиковой

 

Галина Николаевна Новикова — историк-этнограф, музейный управленец и исследователь, для которой Пушкин давно перестал быть лишь «школьным классиком». В своей книге «Фанагория и А.С. Пушкин» она предлагает необычный и смелый взгляд на «Сказку о царе Салтане»: как на текст, в котором отразились исторические, этнографические и мифологические пласты, связанные с Фанагорией и античным миром Северного Причерноморья. Книга выстроена как историко-этнографический очерк и соединяет пушкинский текст, античную историю, археологию и музейное знание.

Но разговор с Галиной Николаевной оказывается шире одной книги. От размышлений о Пушкине он естественно приводит к разговору о музее, о подлиннике и цифре, о воспитании вкуса, о культурной среде и, наконец, о том, почему без культуры невозможно говорить о здоровье нации. В её представлении музей — это не склад экспонатов и не набор экранов, а пространство формирования человека. А Фанагория — не просто археологический объект, а место, где прошлое начинает говорить с современностью. Эту связь автор отстаивает и в книге, и в своей музейной позиции.

«Этот вопрос остался со мной с детства»

— Галина Николаевна, Ваша книга о Пушкине выросла не только из профессионального интереса, но и, кажется, из очень давнего личного вопроса.

— Конечно. Все мы родом из детства. Мне, как и очень многим, в детстве читали пушкинские сказки. Родители знали их наизусть. Но у меня с ранних лет оставалось ощущение, что в привычных объяснениях чего-то не хватает. Я слушала, читала, потом уже взрослой знакомилась с разными трактовками — официальными, литературоведческими, общепринятыми, — а внутреннее чувство всё равно не отпускало: нет, здесь что-то не до конца понято, что-то объяснено не так.

Наверное, поэтому этот вопрос и остался со мной на всю жизнь. А дальше сработало уже образование и профессия. Я историк-этнограф, а этнографический способ мышления — это привычка вглядываться, сопоставлять, проверять, не удовлетворяться первым ответом. В экспедициях у нас опросники состояли из сотен вопросов, и любой вывод нужно было перепроверять много раз, через разных информантов, через разные свидетельства. Эта привычка искать и сверять со временем перешла и на пушкинский текст.

«Фанагория открылась мне как крайне достойный памятник»

— Как Пушкинская тема соединилась с Фанагорией?

— Во многом неожиданно. Я пришла работать в систему, где отвечают за музеи всей страны, и, конечно, в такой работе ты прежде всего занят конкретными задачами, документами, поручениями. Ничто как будто не предвещало, что из этого вырастет книга.

Но однажды я присутствовала на защите программы развития музея-заповедника «Фанагория». Для меня это было первое серьёзное знакомство с этой темой. А потом случилось личное погружение: конференция, поездка, общение с учёными, чтение работ. Я увидела, что Фанагория — это не просто археологический памятник, а место исключительного масштаба. Это единственный памятник, не застроенный сверху ничем посторонним. Там десятилетиями работают крупнейшие специалисты, и само это уже многое говорит о значении места. Тогда и началось настоящее внутреннее движение навстречу теме.

— То есть книга выросла из музейного опыта?

— И из музейного, и из исследовательского, и из очень личного. В какой-то момент всё сошлось: детский вопрос, знание античности, этнографический метод, живое прикосновение к месту. И стало понятно, что на пушкинский текст можно посмотреть иначе. Не только как на сказку в школьном, филологическом смысле, но как на текст, в котором есть историческая память, этнографическая ткань, культурный опыт места. Именно это и стало стержнем книги. В ней я рассматриваю «Сказку о царе Салтане» как историко-этнографический источник, связанный с путешествием Пушкина на Тамань, с Фанагорией и с античным контекстом Боспорского царства.

«Пушкин интересен всегда, потому что суть человека не меняется»

— Что, на Ваш взгляд, делает Пушкина современным сегодня?

— Пушкин интересен всегда. Мы можем сколько угодно прикрываться современными технологиями, новыми привычками, модными словами, но линейка человеческих чувств остается одной и той же. Суть человека не меняется. Меняется материальная культура, меняются инструменты, скорость, внешняя среда. Но любовь, ревность, честолюбие, страх, достоинство, подлость, верность, поиск правды — всё это остается.

Поэтому Пушкин не уходит в прошлое. Он остаётся с нами не потому, что его «полагается изучать», а потому, что он продолжает говорить о человеке. И если читать его внимательно, в нем открывается не только поэт, но и историк, человек, который умеет увидеть живое содержание эпохи.

— В вашей книге чувствуется желание вернуть Пушкину объем.

— Да, именно так. Меня всегда не устраивало его слишком плоское, слишком упрощённое изображение. Когда великого автора сводят к набору бытовых клише, это всегда признак ленивого чтения. А ведь Пушкин огромен. Он не только поэт. Он мыслитель, историк, исследователь человеческой природы. И если мы видим в нём только удобный школьный символ, мы сами себя обкрадываем.

«Фанагория помогает по-новому увидеть и Пушкина, и самих себя»

— Что для Вас стало главным итогом этой книги?

— Мне хотелось, чтобы люди по-новому увидели Пушкина. Чтобы почувствовали: за знакомым текстом может стоять огромная историческая глубина. Чтобы Фанагория перестала быть для них только археологическим названием, а стала частью большого культурного музейного пространства России. Это наши земли, наша история, часть мировой истории, которой мы вправе гордиться. И если книга помогает соединить Пушкина, музей, античность, Фанагорию и сегодняшнего читателя, значит, она была написана не зря.

«Музей нужен потому, что подлинник — это живая встреча»

— Сегодня часто спрашивают: зачем вообще музей, если всё можно оцифровать, рассмотреть на экране, увеличить, приблизить?

— Цифра важна, я вовсе не отрицаю её значение. Более того, для маломобильных людей это действительно выход, это необходимый инструмент доступности. Здесь я только за. Но нельзя подменять этим сам музейный опыт.

Подлинный предмет — живой. Экран не заменяет встречи с ним. Это примерно как разговор с человеком и разговор с его фотографией. Да, фотография может что-то показать. Но это не присутствие. Не энергия. Не глубина контакта. Поэтому цифровые технологии в музее нужны как помощь, как дополнение, но не как замена. Иначе мы получаем не музей, а просто еще один экран, ради которого человеку незачем выходить из дома.

— То есть у цифровизации есть границы?

— Обязательно. Мультимедийная составляющая должна быть минимально достаточной. Она не должна вытеснять содержание. В какой-то момент у нас началось почти увлечение технологиями ради самих технологий: много экранов, много эффектов, много внешней новизны. Но музей — это не аттракцион. Если человек приходит и видит то же самое, что мог бы смотреть с дивана на большом телевизоре, — это вопрос к смыслу всей экспозиции. Музей начинается там, где есть подлинник, контекст, тишина внимания и внутренняя работа человека.

«Дети всегда одинаковые — вопрос в том, как мы их воспитываем»

— Часто можно услышать, что современные дети якобы уже не способны воспринимать музей, книгу, классическое искусство так, как раньше. Что Вы об этом думаете?

— Я с этим не согласна. Дети всегда одинаковые. Меняется среда, но не человеческая природа. Все зависит от того, как мы их воспитываем, куда водим, что считаем важным, что сами им показываем своим примером.

Если ребенок с детства входит в пространство культуры не как в обязанность, а как в естественную часть жизни, результат будет. Я это видела на опыте собственной работы и своей жизни. Сначала дети идут с тобой, потому что ты их ведёшь. Потом наступает возраст, когда они начинают выбирать сами. И если они сами назначают встречи в музее, театре, на выставке, значит, культурная привычка состоялась. Это и есть результат.

«Культура образовывает человека всю жизнь»

— Вы говорите о культуре как о длительном, непрерывном воспитании человека…

— Потому что так и есть. Школа заканчивается, институт заканчивается, а культура не заканчивается никогда. Музей, театр, библиотека, концертная жизнь — это то, что образовывает человека всю жизнь.

Когда я работала на муниципальном уровне, я видела это буквально. Ты привозишь в город хорошие концерты, добиваешься, чтобы люди могли попасть на них почти бесплатно, делаешь фестивали, открываешь доступ к тому, что раньше казалось недостижимым. И через какое-то время замечаешь: меняется поведение людей, меняется их реакция, появляется навык благодарности, внимание, внутренняя собранность. Это очень медленный процесс, но он даёт реальный результат. Культура меняет не лозунгами, а повседневной, часто незаметной работой.

— И если где-то этого не произошло?

— Значит, ты не дошёл. Значит, система не дошла. Значит, нужно расширяться, иначе выстраивать работу, иначе думать об управлении. Это тоже часть культурной ответственности. Нельзя считать, что «где-то там люди не готовы». Если они не готовы, это вопрос не к людям, а к качеству нашей работы.

«Музей — часть здоровья нации»

— Можно ли всерьёз говорить о культуре как о части здоровья нации?

— Не просто можно — нужно. Если мы говорим о здоровье нации по-настоящему, а не только в физиологическом смысле, то без культуры этот разговор вообще невозможен. Музеи, библиотеки, театры, образование вкуса, историческая память, способность понимать прошлое и соотносить себя с ним — все это составные части здорового общества.

Музей нужен не только для того, чтобы хранить вещи. Он ведёт к миропониманию. Он помогает человеку увидеть, откуда что взялось, как формировалась цивилизация, как устроена преемственность, почему настоящее не возникает из пустоты. Это огромная работа на интеллектуальное развитие. И если мы эту работу игнорируем, если вытесняем её развлечением или чистой технологией, мы неизбежно теряем в качестве общества.

— Вы связываете это и с инженерным, и с гуманитарным развитием.

— Конечно. Я, например, считаю серьёзной потерей для страны долгую недоступность Политехнического музея. Потому что это место, где у ребёнка может возникнуть восхищение человеческой мыслью, техникой, изобретательством, историей отечественных достижений. Где ещё он это увидит целостно? Где рождается будущий инженер, будущий исследователь, будущий создатель? Очень часто — именно там, где однажды в детстве произошло удивление. Музей работает и на гуманитарное, и на научное воображение. Разделять это искусственно невозможно. Именно поэтому открытие музея в скором будущем после реставрации станет одним из самых важных культурных событий страны.

P.S.
В книге Галины Николаевны Новиковой Фанагория становится не просто географической точкой, а культурным ключом к прочтению Пушкина - пространством, где текст обретает историческую глубину. Разговор о Пушкине неизбежно приводит к разговору о музее как о месте, где культура перестаёт быть абстракцией и становится личным опытом. Музей в представлении Галины Николаевны - это не просто хранилище или набор технологий, а пространство формирования человека: его взгляда, вкуса, способности понимать прошлое и соотносить себя с ним.

Общество, лишённое культурной среды, утрачивает способность к внутреннему развитию. Без музея, без живого контакта с подлинником, без опыта вдумчивого восприятия культура вытесняется развлечением, а мышление - поверхностным потреблением.

Культура - это не дополнение к жизни, а её основа. И музей в этом смысле - один из ключевых институтов, который формирует интеллектуальное и духовное качество общества. И если этот институт ослабевает, ослабевает и сама нация.

 

 

Участники проекта

 

Степан Степанович Козырь Врач-офтальмолог, офтальмохирург, основатель офтальмологической клиники «Индивидуальный подход — это не лозунг, а способ моей работы»   Узнать больше об участнике   Вера Борисовна Ткачева Врач интегративной медицины, основатель практической школы интегративной медицины «Здоровье нации начинается с заботы о здоровье каждого человека»   Узнать больше об участнике     Гульнара Мамырбековна Саитова Основатель и руководитель учебно-оздоровительного центра «Академия кавказского долголетия», специалист по интегративной медицине, автор патентованных методик «Моя миссия в медицине — помогать людям сохранять здоровье, объединяя лучшие достижения доказательной медицины и безопасные комплементарные практики» Узнать больше об участнике Татьяна Ивановна Сорокина Участник СВО, общественный деятель, певица, основатель благотворительного фонда «Знай наших», многодетная мама «Жизнь есть движение, когда ты не остаёшься в стороне» Узнать больше об участнике Агеева Ирина Викторовна Врач-гинеколог-эндокринолог, психотерапевт, создатель направления «Репродуктивная психосоматика» «Помогаю людям делать себя счастливыми и здоровыми» Узнать больше об участнике   Зайончковская Анна Николаевна Нутрициолог с высшим химическим образованием; руководитель Комитета семейного здоровья и репродуктивного благополучия граждан РФ при Коалиции Здоровья БРИКС; автор проекта «Рожаем Здоровых» «Крепкое здоровье будущих поколений начинается с заботы о репродуктивном здоровье» Узнать больше об участнике Талибов Эльдар Анатольевич Врач-уролог, руководитель ООО «Здоровье – просто», участник СВО, ветеран боевых действий, представитель медицинской династии «Пока я жив, я буду делать» Узнать больше об участнике

 

 

< Предыдущая